Главная  →  Видеосюжеты →  Футбольные истории →  Мировой тренер

Мировой тренер



Турция, Китай, Южная Корея, Япония, Узбекистан. Главный тренер «Томи» Валерий Непомнящий много лет трудился на чужбине. Но все помнят и знают Валерия Кузьмича в первую очередь благодаря работе в Камеруне.

На ЧМ-1990 руководимая вами сборная Камеруна уже после двух туров решила задачу выхода в плей-офф. В третьем ей предстояла встреча с командой СССР, которой была необходима победа — желательно крупная. Неужели на вас не давили с советской стороны?
Не было не только нажима, но и вообще никаких разговоров. До игры против СССР я пообщался лишь с двумя соотечественниками, вашими коллегами: Владимир Маслаченко попросил меня дать комментарий в микст-зоне после матча с Аргентиной, а Александр Горбунов звонил в гостиницу, где мы жили. Лишь перед выходом на поле я обменялся рукопожатиями с Лобановским и Симоняном. Хотя давление на меня все-таки имело место. Но не с советской стороны, а с камерунской. В ночь перед игрой мне позвонил президент Камеруна. Он узнал, что я не планирую задействовать в матче четырех игроков основы. Кто-то из них «висел» на карточках, кем-то я не хотел лишний раз рисковать.

Попросил поставить?
Да. Звонок раздался около часа ночи по итальянскому времени: «С вами хочет пообщаться лично президент Республики Камерун». «Хорошо», — отвечаю. И слышу: «Мсье Валери, по моей информации, вы решили не ставить на игру против СССР четырех футболистов. Уважаю ваше решение. С профессиональной точки зрения оно, безусловно, правильное. Но вы должны понять политический аспект. Каким будет общественное мнение? Мы встречаемся со сборной Советского Союза, а вы убираете четырех лучших игроков. Если потерпим поражение, поднимется большой шум. Поэтому я не рекомендую вам менять состав».

Что ответили?
Пришлось взять под козырек: «Понял вас». Все-таки это решение на самом деле могли воспринять как мою помощь сборной СССР. Утром вернул в состав ребят, которые уже отправились отдыхать. Но в итоге мы крупно проиграли. Пятнадцать минут действовали прилично, а затем пропустили и расклеились. Возможно, сказался и настрой. Команда решила задачу выхода из группы, и футболисты боялись получить травмы. Да и сборная Советского Союза тогда была в полном порядке. С румынами она сыграла неудачно. А вот аргентинцам в матче с русскими откровенно помог судья.

Камерун на том турнире остановился на стадии 1/4 финала. Какие премиальные получили?
Никаких.

Почему?
Я не являлся наемным работником федерации футбола. Числился служащим, приписанным к министерству труда. А данная категория не имеет права на премиальные. На руки мне выдали лишь небольшие суточные.

Подарки-то хоть были?
Конечно! Особенно запомнился 20-килограммовый бронзовый лев, позже я подарил его нашей футбольной федерации. Также презентовали бюст камерунки из слоновой кости. Это сказка! Тогда запрещалось вывозить слоновую кость, но мне в виде исключения разрешили взять статуэтку. До сих пор стоит дома.

Что представляет собой улица в Яунде, названная в вашу честь?
Маленькая улочка, всего четыре дома. А еще был бар с названием «Непо». Я даже фотографировался на его фоне.

В ваших воспоминаниях о Камеруне фигурируют малярийные комары и змеиный суп. Можно подробнее?
Комары — действительно большое напряжение. Змею доводилось есть не только как ингредиент супа, но и жареную.

На что похоже?
На жареных кузнечиков.

Жареных кузнечиков у нас тоже мало кто пробовал.
Понимаю. Тогда сравню с нежным мясом птицы, скажем, перепелиным, обжаренным в кляре.

Почему покинули Камерун, если карьера там складывалась замечательно?
Из-за ужасающего финансового положения. Сразу после возвращения из Италии мы играли два важных матча отборочного турнира Кубка Африки. Я составил программу подготовки, расписал все необходимое. Обещают: «Все сделаем». Приезжаем на сбор — нет минеральной воды. Ни одной бутылки! Даже из крана на стадионе вода не течет. Спрашиваю у начальника команды: «Как тренироваться?» Тот разводит руками: «Нет денег». «На воду?» — уточняю. «Да», — констатирует он. Тогда я купил 20 бутылок на свои средства, а на следующий день нанес визит президенту местной футбольной федерации. «Как же мы будем готовиться?» — интересуюсь. Я знал, что благодаря участию в чемпионате мира мы заработали больше полутора миллионов долларов. «Деньги еще не поступили», — отзывается чиновник. «Займите», — предлагаю. Не понимают. И я подумал: а зачем мне нужен этот постоянный стресс? Хотя они зарплату мне обещали в два раза поднять, с полутора тысяч долларов до трех.

Видимо, не самые маленькие для Камеруна деньги?
Верно, но на руки я все равно получал бы лишь 700 долларов.

Почему?
Размер ставок советских граждан определяли соответствующие органы. Практиковалось разделение на категории. К первой относились послы и работники ООН. Я причислялся к четвертой и имел право получать не больше 700 долларов, или 614 инвалютных рублей. Остальные деньги уходили в Спорткомитет. Словом, прибавка мне абсолютно ничего не давала. Приведу другой пример. Дело было за месяц до чемпионата мира. Мы приехали на сбор, имея только четыре потертых футбольных мяча и ни одного комплекта формы. Все сборные экипированы как полагается, а мы выглядим, словно банда. Из-за отсутствия формы даже не могли тогда договориться о товарищеской игре. Спасибо президенту Югославской федерации футбола Милану Миляничу. Большой друг Советского Союза, он узнал о наших бедствиях и пришел на выручку: «Купим вам два комплекта, потом рассчитаемся». Подобными проблемами я наелся в Камеруне до отвала. Позже в худших условиях не работал.

И решили оставить страну?
Да, но и тут возникли проблемы. Мойосел где-то в недрах федерации футбола. Камерунцы, узнав, что не хочу продолжать с ними сотрудничество, попросту припрятали документ. Вопрос получилось уладить благодаря вмешательству посольства.

После Камеруна продолжили странствия…
Поехал в Китай на три месяца. Сначала надо было тренировать молодежную сборную, но планировалось, что потом возглавлю первую.

Почему именно так?
Национальная сборная из-за неудачного выступления на Азиатских играх в тот момент была распущена решением Коммунистической партии Китая. Затем пригласили в Турцию, и я отработал там два года.

Но Азия от вас никуда не делась. Ожидали, что надолго осядете там?
Все эти переходы доставляли удовольствие. Перед глазами имелся пример Боры Милутиновича, который почти не работал в своей стране. Новизна привлекала, было интересно бросать самому себе очередной вызов. Китайцы, корейцы и японцы, например, совсем не похожи друг на друга.

Соломатин, выступавший в Корее, вспоминал, как там игроков били палками.
Времена меняются, как и методы. Я немало поспособствовал тому, чтобы уменьшить рукоприкладство.

Вам не советовали воспользоваться палкой для воспитания нерадивых подчиненных?
Нет, но в «Юконге» получал предложение отправить футболистов на пару недель в армию тренироваться со спецназом.

Суровое наказание?
Судите сами. Например, следующее упражнение. Бойцы бегут пять километров, потом их загоняют в холодную воду, приказывают заложить руки за голову, и они в таком положении стоят минут 20. Затем — снова бег, чтобы согреться. Далее — полоса препятствий. Нужно ползти под колючей проволокой, уткнувшись лицом в грязь. Еще одно испытание — 15-метровая труба с огнем, сквозь которую требуется проскочить. Увидев подобное по телевизору, я попросил: «Ради Бога, не надо посылать туда моих ребят».

Поначалу рукоприкладство удивляло?
Да, было дико. Помню первый месяц своей работы. Идет тренировка, говорю помощнику: «Почему тот парнишка остановился?» Услышав перевод вопроса, ассистент подходит к игроку и как даст ему рукой по шее! После этого случая решил не делать замечаний. В Корее люди так воспитаны, что не считают физическое воздействие чем-то неординарным.

Правда, что в Корее вас потом сравнивали с Хиддинком?
Точно не знаю, но о нас обоих говорили, что мы внесли в корейский футбол похожие новации. А о Хиддинке расскажу другую историю. В марте 2002 года был в Корее вместе с китайской командой. Мне сообщили, что Гусу угрожает отставка. Говорю журналистам: «Ребята, не вздумайте его трогать!» А они возражают: «Ну как же так? Нравственное начало отсутствует!»

Это про Хиддинка?
Да. Голландец в тот период при наличии официальной жены начал встречаться с подругой Элизабет. Увещеваю корейцев: «И что с того? Вы же не полиция нравов! Вы должны думать о футболе». Тогда сборная действовала не лучшим образом, в частности, проиграла французам со счетом 1:5. У Гуса часто так бывает: поначалу он присматривается к команде, и только потом наблюдается прогресс. Затем Хиддинк подтянул корейскую сборную, и та удачно выступила на чемпионате мира.

После Кореи вы отправились в Китай. А позже резюмировали: «В этой стране собрался весь негатив, существующий в мировом футболе». Поясните?
Тотализатор, договорные матчи, уголовные дела против судей и футболистов, непрофессионализм чиновников, предвзятое судейство — все эти явления в Поднебесной процветали.

Ваша команда тоже участвовала в договорных играх?
Вспоминаю матч с командой из Пекина. К 15-й минуте пропускаем два мяча, оба — с пенальти. В перерыве захожу в раздевалку, а президент клуба заявляет: «Мы должны отдавать долги за прошлый год». В другой игре уже на 30-й минуте пришлось поменять троих. К тому моменту мы уступали — 0:1, но в итоге вырвали победу. Мне сразу стала ясна ситуация, ведь было видно, кто и куда бежит. Вскоре команда рассталась с этими футболистами. В Китае игрок за один матч может сделать состояние на всю жизнь. Мы, иностранные тренеры, предлагали: «Давайте отменим тотализатор на внутреннее первенство!» Но к нам не прислушались.

Каким заграничным достижением кроме камерунского гордитесь больше всего?
Мой контракт ни разу не прерывался досрочно. Только из японской команды ушел раньше по своей инициативе. И то попросили прислать кого-то вместо себя — позвал Гаджиева.


Среда, 08.02.2012
Судейская атрибутика и аксессуары для тренировок

Разделы сайта

Раздел: Футбольные истории [18 из 44 постов]


Про таких говорят: «Он пришел, чтобы остаться». Что греха таить, многие болельщики «Зенита» настороженно относятся к иногородним футболистам. Востроилов сразу ...